Поход Риддер-Малоульбинское водохранилище-Риддер

Рейтинг:  5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 

Здравствуйте, товарищи! 
По традициям велопехоты - «что ни праздник, так в Риддер», и в этот раз День Конституции мы решили встретить там, где восхищают своим величием горные вершины, где запах кедровой смолы наполняет легкие, где эмоции зашкаливают на извилистых спусках, где чувствуешь каждую мышцу, покоряя крутой перевал. Да, это заслуженно любимые места всех туристов. Особенно сейчас, когда в Зариддерье благодатное время для сбора черники, грибов и кедровых шишек. Нашу идею – поход к Малоульбинскому водохранилищу - чуть не разрушила неразбериха с выходными днями. Сначала объявили, что выходным будет только вторник, 30 августа. Это нас очень огорчило, вынудив в качестве запасного маршрута проработать вариант двухдневного похода в сторону Сибин-Таинтов. Но чуть ли не в пятницу официально сообщили, что понедельник все-таки тоже будет днем отдыха, и все пехотинцы громко подумали: «УРРРАААА, Риддер!!!!»
Организационный сбор провели возле «Велопланеты», потому что, как сказал Алекс, «важные дела нужно решать в таком месте, где нет возможности выпить пива и поорать». До Риддера решили добираться своим ходом, оставить транспорт в горнолыжной базе «Эдельвейс» на втором районе, куда потом и возвратиться. Итак, в поход нас отправилось 10 человек: Алекс, Леха, Фелиция, Вова, Марина, Светярики, Панда, Монах и Роман.

Утром 27 августа, с Лехой подъезжаем в 6-30 ко Дворцу Спорта, а там уже и Панда пакуется, и Алекс свой прицеп загружает. Об этом одноосном чуде на колесах вообще разговор отдельный – прошедший судя по всему и огонь, и медные трубы, прицеп своим внешним видом нарушал абсолютно все требования ПДД – вместо задних фар торчало по 2 провода, собой он закрывал регистрационный номерной знак и внешние световые приборы автомобиля, и, как выяснилось впоследствии, максимальная скорость передвижения у него была далеко не 70 км/ч. Зато туда с легкостью вместились все наши байки без педалей и передних колес: проложенные кариматами и перевязанные стяжками для надежности, 10 велов идеально вписались в габариты прицепа. Колеса и рюкзаки растолкали по машинам, причем у Алекса на сложенных задних сидениях оставалось обширное нетронутое пространство. Марина и Монах разместились в Пандомобиле, Роман поехал с Алексом, мы взяли Светяриков и Вову. В 7 часов выехали из города. Кэп понесся первым, остальные – аккуратно за ним, надеясь, что все внимание сотрудников ДП достанется прицепу, а не нам. Едем, болтаем, Леха диск включил с песнями, которые в наших видео с походов использовал. «Вот, - говорит, я по полдня музыку в инете ищу подходящую, а Ditamasa каким-то образом узнал, что за группа, и тоже эту песню скачал, хоть она и редкая очень!» Достаю свой телефон: «Вот сейчас кое-что проверим». У меня в сотовом функция есть – поиск музыки в интернете по фрагменту песни. Когда я огласила результат - правильное название «редкой песни», у Лехи чуть руль из рук не выпал – оказывается, делов-то на минуту! 
Приближаясь в Черемшанке к маленькому рынку, все глазами стали искать «пирожковую девушку», но той, к глубочайшему нашему сожалению, не было. Решив в следующий раз взять у нее номер телефона для предварительного заказа энного количества вкуснейших горячих пирожков, пожевали булки из магазина, запили йогуртами, и - алга.
В Риддер к «Эдельвейсу» приехали еще до 9. Взяв из общака 500 тг, Алекс пошел оплатить стоянку трех наших авто на ближайшие трое суток, но – внимание! Женщина, которой эти деньги были предложены, вежливо отказалась!!! Может, обиделась на то, что мало дают? Когда собрали велы, у меня и у Панды оказались недонастроены переключатели, что было быстро исправлено. Тут выходит переодетая в гламурные розовые велошорты Марина. Это был настоящий фурор, прозвучало предложение больше Марину без этих шорт в походы не брать! Наконец, тронулись. В конце тропинки, ведущей к подъему, Алекс стал придерживать колючую проволоку, чтобы мы под ней проныривали. Все пригибаются, а Леха с гордо поднятой головой прямо едет. Как будто забыл, что он со своей камерой иногда по высоте не везде проходит. В этот раз обошлось.
Вот уж не знаю, почему раньше подъем давался тяжелее? Сейчас педалить было приятно: облачно, не жарко, мошек и комаров нет, пульс в норме, настроение какое-то радостное. Едешь, и петь хочется. Встретили трех туристов, точнее, грибников, с флягой нескромных размеров в 20 литров, видели еще каких-то людей в кустах, повсюду шумели машины, и только в начале серпантин стало слышно шептание леса и птичьи разговоры. Вскоре звуки природы были грубо нарушены звуками чего-то с мотором. Две чебурашки на мотоциклах пронеслись мимо, оставив за собой облака дыма. Один так заложил в поворот, что чуть меня за каримат не зацепил. Поругавшись на отсутствие какой-либо культуры у этих.. редисок, поехали дальше. На ровном месте у Алекса пробило камеру, да так, что внутренняя сторона покрышки повредилась. На помощь пришел товарищ Бельтинг, смотанный, как обычно, с походной ножовки.
С небольшими остановками, меньше, чем за 2 часа поднялись к 9 км. Байкеры были там же. Они нам весь подъем откровенно надоедали, то вверх едут, то вниз, определиться не могут, что хотят. Обедать решили на 12 километре, потому что выше источников воды нет, да и по времени как раз к обеду. Подъезжаем, а там палатки, народ, джипы, расположиться негде, только возле дороги место небольшое свободно. Вова говорит: «Здесь воды нет». «Как – нет?» - и резко как-то кушать сильнее захотелось. Оказывается, когда мы были здесь в начале лета, ручей был хороший, не мелкий, а сейчас вроде как высох. Тут к машине спускаются 4 мужика, у каждого по 2 набитых шишками мешка, еле несут. «Внизу, - говорят, вода есть». И вправду, 50 метров вниз - и вот уже прямо из-под скалы пробивается несдавшийся жаре ручей; искрясь и переливаясь на солнце, убегает вдоль узких берегов, легко несет свои живительные воды. Алекс в это время пытался обежать ближайшие косогоры в поисках дров. Искал качественные, без «сучков и задоринок». А мы-то думали, он в горы полез воду искать! Пока ставили чай, я к мужикам подошла шишки просить – уж очень орехи всяческие люблю. Попросила одну всего, а парень мне полмешка дает: «Вот, все берите». В другой ситуации я бы без лишней скромности взяла, а тут же на себе везем, куда их девать-то столько? Он попытался меня уговорить, поэтому я взяла аж 4. На обед суп варить не стали в целях экономии времени, ограничились перекусом. Хотя слово «ограничились» здесь, скорее всего, неуместно. Велопехота создала новое представление о перекусе как о разнообразном, вкусном и питательном приеме пищи. Тем более, если на форуме Алекс пишет «овощи приветствуются, пиво не возбраняется», это расценивается как призыв брать всего и побольше. Вот и набрали – хотели салат один раз делать, а в итоге на 3 хватило с добавкой. Монах приготовил бэккантрийные бутерброды, у Ромы была пицца, у Панды – казы, а Светик насобирала листья смородины и иван-чая для, собственно, чая. Светик вообще «Ярая» противница причинения вреда животным и растениям, мотивируя тем, что «им же больно», а тут – сама листочки рвет! Разговоры за обедом были сплошь на научные тематики – например, об ускорении свободного падения, силе трения воздуха во время полета пули, и как быстро она вернется, если выстрелить точно вверх. А вы думали, велопехота только про велики говорит? Перекусив, двинулись дальше. За весь подъем нас обогнало около десятка машин, теперь понятно, почему хребет Проходной белок так называется – движение, как на автостраде! Ближе к каменоломне оглядываюсь назад – едет кто-то вроде не из наших – налегке да и велокостюм незнакомый. Остановилась подождать. Подъезжает спортивный такой мужчина, спрашивает: «Я не пойму, а что у вас девушки впереди мужиков делают?» «Едут!» - гордо отвечаю ему. «Так это же неправильно!» - улыбается и обгоняет меня. Светику сказал, что готов снять перед нами шляпу, точнее, шлем. После таких слов мы вообще счастливыми стали! У камней догоняют еще два спортсмена. Нетрудно догадаться, что это были риддерцы – кому же здесь еще в таком темпе ездить? Интересно, что все они были на Giant’ах. Поехали чаю попить в дом для биатлонистов, который на перемычке хребта стоит, да обратно. Практически как к соседу в гости сходить – для них это, наверно, по трудозатратам одинаково. Нам до такого уровня еще расти и расти, потому что (как когда-то сказал Доктор) это не люди, а киборги – в хорошем смысле. Поговорили с ребятами, сфотались на память – и в путь. На хребте дул пронизывающий ветер и те, у кого из нас были бафы, одели их в виде монашеского убора – только лицо видно. Вова и Ярик выглядели очень мило, меня обозвали Машкой-Монашкой, а Монах почему-то так надевать баф не стал, хотя мы все не против на это посмотреть! Зато сухо и тепло, и ветер в уши не дует. А ветер на таком спуске, как с Проходного, совсем не лишний – там потеешь больше, чем охлаждаешься. Всего 6 км до реки Марчиха, но какие 6 км!!! Первые 2 км – это жесть, товарищи. Жесть даже для МТБайка, про машины я вообще молчу. Дорога состоит только из камней – средних и больших, уклон приличный, обочин нет, кое-где промоины. Едешь – руки трясутся, ноги на педалях держатся с трудом, поясница напряжена, язык, того и гляди, прикусишь на кочке, пальцы тормоза жать устают и тоже от тряски все болят. На седло присесть невозможно без риска травмирования мягких тканей. Эти 2 км тянулись как 10. Дальше было легче, но опаснее – камней стало меньше; острые, они торчали как раз в тех местах, где скорость можно было увеличить. Вдоль крутых поворотов встречались глубокие рытвины, кое-где попадалась всеми нелюбимая сыпуха, на которой тормозить вообще опасно, но в принципе, это было лучше, чем просто камень на камне. Мужчины с драйвом летели вниз: Алекса сразу след простыл, Леха пел песни, часто прерываясь на нецензурную брань, Рома быстро, но аккуратно объезжал препятствия, Ярик в стойке лихо закладывал повороты, Вова, как всегда, был невозмутим и уверен. Панда на спусках, как истинный медвежонок, не торопится, и теперь ехал, наслаждаясь, видимо, бесконечными подпрыгиваниями в седле. Серега же, разогнавшись до его любимой скорости, хотел переехать с левой на правую колею, но посередине под травой оказалась сыпуха, он ее не увидел, а справа – обрыв, заднюю часть байка начало круто заносить и… гидравлика в умелых руках творит поистине чудеса! Серега ловко выправил коня, едва коснувшись ногой земли, а едущие за ним Рома и Леха даже не успели испугаться. Спустились, стоим у мостика через Марчиху, подъезжает Вова. Уже почти на выкате он упал, ободрал и ушиб локоть. Не зря же вожу килограммовую аптечку! Пусть и не в халатике с вырезом! В общем, маркакольская критика меня как походной медсестры возымела действие, и первая помощь была оказана немедленно. Тут подъезжает Нива, вся в грязи – и два мужика обещают, что дальше дорога вполне нормальная, больших луж нет. Спрашивают: «А это из ваших кто-то километрах в 10 впереди едет?» Пересчитались – вроде все здесь. Интерес возрос, когда подъехала вторая машина с бегающей вокруг собакой и водитель то же самое спросил. Какое-то нашествие туристов на водохранку. Незнакомца шансов догнать не было, да мы и не собирались, потому что по плану было подняться на перевал и разбить лагерь у ручья, не доезжая Березовки. На затяжном подъеме камней под колесами не было, и это радовало. Легко объезжаемые лужи, несколько мелких бродов – все преодолевалось на ходу. Дорога вдоль Марчихи медленно уходила вверх, повторяя повороты реки, рябиновые кусты мягко склонялись под тяжестью гроздей ягод, зеленый мох то и дело обнажал шляпы маслят и подберезовиков, а пока еще зеленые склоны, казалось, замерли в ожидании первых заморозков. Останавливались для того, чтобы полакомиться сладкой малиной и спелой рубиновой смородиной – мимо таких даров природы проехать просто нельзя! Уже смеркалось, когда мы со Светой и Мариной поднялись на перевал и увидели танцующего от холода Ярика. Он уже все самовары (приспособления для определения уровня осадков) вокруг проверил, ожидая нас. Ярик сказал, что Алекс, Вова и Леха вперед поехали лагерь ставить. Панда и Монах еще поднимались за нами. Через пару километров был ручей, и дальше ехать не было смысла. Светик с Яриком осталась, а мы с Мариной начали спускаться. Вскоре натыкаемся на Рому, меняющего проколотую камеру, и через 10 метров останавливаемся перед развилкой. Ну не догадались мы сразу, что 2 дороги – это плохая и хорошая, и соединяются они чуть ниже. Стоим, ждем кого-нибудь, фонарики достали, как вдруг голоса снизу слышны стали. Даже не голоса, а такие характерные повизгивания баритоном, переходящие в рычание и обратно. Сразу понятно стало, что это мужики наши ванны принимают – такие вот отличительные звуки издают обычно купающиеся в ледяной воде самцы велопехотного племени. Мы с Маринкой посмеялись, как раз Рома с Пандой подъехали, и вместе продолжили спуск по, конечно же, худшей из 2 дорог. Пришлось даже немного пешком идти, уж больно крута дорожка оказалась. Еду, думаю: «Где-то рядом наших слышно было, а фонарей не видно». Так чуть мимо лагеря не проехали – палатки ставили возле ручья на метр выше уровня дороги. Уже Светярики приехали и купаться, за ручку держась, пошли, а Монаха все нет и нет. Волноваться начали - он всегда в первой тройке спускается, может, случилось чего? Минут через десять появляется. Доходит до палаток и в изнеможении ложится на траву: «Что-то мотор глючит - еле доехал, думал, там останусь, - говорит, это от иван-чая, наверное». Нет, точно не травка виновата – прочитала, что иван-чай является мощным противовоспалительным средством, а также обладает легким снотворным эффектом. Так что сердце от него не выпрыгивает. 3 полторашки пива накануне – не они ли виноваты? Отошел Серега быстро, и правильно, организм молодой, нечего филонить. Через несколько минут весело потрескивал костер, а костер – это моментальное снятие напряжения и усталости. Расположились возле очага, расстелили бэккантрийную скатерть и кариматы. Панда в обмен на очень быстрое нарезание овощей для салата свернулся вокруг меня теплым клубочком. Все-таки хорошие у нас мужчины, заботливые, с несказанно низкой степенью меркантильности! Ярик похвастался, что во время купания пытался нырять. Даже Алекс удивился, ведь вода в ручье была, казалось, градусов 10. Вова, хоть и мастер французской кухни, на ужин приготовил итальянское блюдо «Паста Тушионне», которую уминали с большим удовольствием. Голодный Алексей, ведомый запахами походных харчей, так торопился к столу, что сел на один из многочисленных пакетов с помидорами, и под дружный хохот вытащил из-под себя готовый кетчуп. Панда, как медведь, не употребляющий ничего крепче чая, и в этот раз не стал изменять своим привычкам и приготовил напиток, который достоин быть назван как-то иначе, чем «чай с ложкой меда, долькой лимона, тремя ложками сахара и водкой по вкусу». Такой состав при употреблении внутрь вызывает чувство согревания и релаксации, чего, в общем-то, мне лично необходимо и достаточно, поэтому теперь это мой любимый вечерний «Чай Панды». Марина порадовала шарлоткой, правда без яблок, но со сгущенкой их отсутствие не замечалось. Монах извлек из рюкзака соленую капустку, которую тут же расхватали – никто не удержался перед этим деликатесом. Алекс тоже восхитил – приготовил чеченскую национальную закуску – маринованный лучок с красным и черным перцем. Утолив голод, Роман стал сокрушаться, что даже эти прекрасные, не тронутые цивилизацией места постепенно становятся загаженными людьми без каких-либо признаков интеллекта. Действительно, следы пребывания убогих хомосапиенсов встречались нам постоянно – пластиковые и стеклянные бутылки вдоль дорог, упаковки от сигарет и прочий мусор. «Эту природу надо заслужить, а всякие п….ры ездят тут на своих тарантайках и гадят!» - возмущался Рома громче всех. Неужели с собой забрать трудно или сжечь? А то едет и выбрасывает все свое г… из окна.
Обсуждали также, кому завтра лагерь предстоит стеречь – на водохранку налегке собирались подняться и спуститься, чтобы в этом же месте ночевать потом. После сытного ужина народ вообще расслабился, и половина пехоты рассматривала вариант поматрасить в лагере. Что ж, и таким мыслям иногда быть месту в наших головах, благо, что они выветриваются быстро и безболезненно. Завтра нас ждали 18 км подъема к водохранке и дождь по прогнозу Казгидромета.
Спать пошла около 11. Залезла в палатку, а там насыщенный еловый запах, как в Новый год дома. Алекс, когда палатку ставил, неровности под ней ельником выравнивал, оказывается. Прямо под поясницей оказалась огромная неэргономичная кочка, пришлось с боку на бок переворачиваться, долго не спалось.
Ночью послышался шум: пошел дождь, и я проснулась. Прислушалась. Это не дождь, а крупа с неба сыплется. Хорошо, что обувь всю в тамбур занести не забыла. Под утро стало жарко, сняла бабушкины шерстяные носки, расстегнула спальник. Все-таки в трехсезоннике не всегда комфортно даже таким теплолюбивым существам, как я.
В 6 Алекс начал меня тормошить. Вставать не хотелось, хотелось матрасить. «Нееее…», - говорю. «Понял», - ответил кэп, вылез из палатки и принялся будить велопехоту. Лежи – не лежи, а долг зовет. Хорошо, что лагерь собирать не надо – экономим массу времени. Роман вызвался на роль сторожа, и его кандидатура была единогласно одобрена. Он уже бывал на водохранилище, и сейчас ему больше хотелось побродить в лесной чаще, побыть одному. Хотя он был не один – поддавшись модному веянию на мини-копии различных животных, Роман приобрел друга в лице милого Чебурашки. Пошла умываться к ручью и увидела, что мы находимся в прекраснейшем месте – вокруг палаток растут кустики черники, под елками на своих полуметровых жилищах снуют муравьи, из травы задорно выглядывают шляпки сыроежек и маслят. По пути насобирала полстакана отборнейшей черники - ягодка одна к одной, сантиметр в диаметре. На завтрак Вова сварил кашу «5 злаков», что меня не порадовало, потому что не люблю молочную кашу по утрам. Но потом выяснилось, что если она со свежей черникой, я эту самую кашу еще как ем! Чтобы не осквернять окружающее нас великолепие, предложила заменять любое матерное слово на «чебурашка». В течение дня столько однокоренных слов придумали – трудно представить!
Взяв с собой самое необходимое – дождевики, котел и еду на обед, выехали в 9 часов. Какое чувство интересное – на пустом байке ехать! Не хватает чего-то постоянно. Зато вброд вел тащить одно удовольствие: на плечо забросил - и вперед, не тяжело вовсе. Я думала, Березовка – это какой-то маленький населенный пункт, но чтобы настолько маленький – 1 дом, 2 сарая и 20 ульев – не предполагала. И жителей – мужик Виталий, собака и кошка. Все трое очень рады были нашему появлению. Собака ластилась к Алексу и Монаху, виляя хвостом, а когда ее Серега фотать стал, замерла в эффектной позе. Рыжий кот поразил всех своим развитым плечевым поясом (если есть такое понятие у котов) и деловитой борцовской «походкой». Сразу видно, кто у них в доме хозяин. Виталий сказал, что кот его аж до водохранки гуляет, его там не раз видели. Пригласил нас на чай на обратном пути – скучно ему одному, общения не хватает. Поблагодарив, покатили дальше. Алекс, Ярик, Рома и Доктор в прошлом году осилили этот маршрут за два дня в плохую погоду, и больше всего им не понравился километровый участок подъема непосредственно перед водохранилищем, который преодолевали пешком. Обещали крутяк с камнями. Сейчас же мы были полны сил, только пятая точка после вчерашних скачек на спусках хотела нежного обращения. Было облачно, а при приближении к водохранилищу облака сменились тучами. Золотая гора выглядела серо-зеленой. Светик рассказала, что, когда они с Хомячком еще маленькими были здесь, Алексей, их отец, всегда пытался их разбудить пораньше, чтобы девчонки увидели по-настоящему золотую гору. Когда восходящее в ясном небе солнце своими лучами только касалось вершины, она буквально на пару минут озарялась золотым сиянием. Зрелище редкое, но Алексею удалось запечатлеть этот момент на пленку. Подъем, о которым Рома с ехидной улыбкой говорил: «Ну посмотрите, что вас ждет», на самом деле не представлял собой ничего страшного. Наклон не дикий вовсе, камни – да, их достаточно, но ехать можно. Правда, ехать не очень хотелось – все-таки матрасность некоторая присутствовала – времени было предостаточно, и мы со Светиком позволили себе слезть с байков и неспеша поднимаясь, болтать о том, о сем. У подножия Золотой она показала на камни, сложенные в виде танка. В память о репрессированных, погибших во время постройки плотины, на тех камнях установлена специальная табличка. Заморосил холодный дождь, поэтому обедать поехали в барак, находящийся неподалеку. Он представлял собой кирпичный дом с деревянной верандой, маленькой баней, тамбуром с печкой и комнатой для сна. Там было сооружено что-то типа нар, половина – из ДВП, половина – из остатков кроватей с панцирной сеткой. Окна везде были целыми, а в баньке даже матрас на полке лежал. Ветер то затихал, то начинал пробирать своим холодом. Снова закапал дождь, стали одеваться. Ярик надел флюорисцентно-бирюзовые штаны, тут Маринка начала рыться и из рюкзака такую же куртку вытаскивать. Они вещи эти, оказывается, в одном магазине купили, только Ярик куртку не заметил тогда, и досталась она Марине. Тут Алекс тоже засмеялся. Он в плащ-палатке ходил, не видно было, что на нем. А тут встал с Мариной рядом, а они одеты одинаково – серая термуха, сверху велошорты и наколенники такие же. Вот только велошорты у Алекса почему-то не розовые были. Пошла тоже куртку доставать, смотрю, Серега на стене возле печки рисует что-то. Собралась ругать, что он стены портит, подошла и только «уау!!!» сказать смогла – человек-то рисовать умеет! И рисует не то, что обычно на заборах дети, а эмблему нашу велопехотную! Угольком, аккуратно и красиво. Имена сбоку в столбик написал, сверху – «Велопехота», снизу – ссылку на наш сайт. Пиарщик тот еще! Пока Вова варил гороховый суп с супер-зажаркой от Ромы, Серега насобирал где-то вешенок, и мы тоже скрошили их в суп. Получился целый котел ароматного, густого, наваристого супа. Вприкуску с хлебными палочками от Марины и сухариками это был шедевр. С неба опять что-то посыпалось. Теперь это была ледяная крупа, и такой я никогда не видела – не округлой формы градинки, а одного размера, диаметром 2 мм в основании, идеальной формы острые конусы. Попасть под сплошной поток таких градин без головного убора – и пара дырок в голове могла бы быть. Град быстро кончился, выглянуло солнце, и мы поехали осматривать плотину. Деревянная, она стала уже совсем ветхой; крепежные болты торчали наружу, балки кое-где раскололись по всей длине. Сделав пару снимков на память, мы пошли исследовать то, что осталось от машинного зала. Сам он оказался закрыт, но зато мы залезли в большую трубу, видели буквально стоги травы, натасканной сеноставками. Светик показала, что такое маралий корень, полакомились малиной и двинули обратно в лагерь. Эх, люблю такие спуски: то ровная дорога между деревьев, то камни – не расслабишься, постоянно ждешь, что за поворотом, чувствуешь свой байк, как самого себя. Жалко, что спуск быстро кончился. У брода через речку заметила Алекса – ничего себе, догнала! «Втулка, - говорит, накрылась задняя, колесо не крутится». Впереди был ровный участок, и это означало, что ему придется идти пешком. А пешком Алекс ходить не умеет – мы уже знаем. Поэтому он побежал, потом покатился, отталкиваясь, как на самокате, всяко-разно, только не идти! Опять одна поехала, скучно. Вот и последний брод перед лагерем, а за ним Зил стоит, вокруг мужиков человек 7. Спрашивают о чем-то, а у меня уши после спуска заложило, с пятого раза поняла, что они про сердце мое интересуются – выдерживает ли нагрузки такие. На чай позвали. В этом районе принято всех чаем угощать, что ли? Вскоре я догнала Марину и Вову, и уже на подъезде к нашему пристанищу нам встретились трое туристов, опять на Giant’ах и опять риддерцев. Светик сказала: «Вас, риддерцев, сразу видно», - а они обиделись: «Почему сразу видно? Грязные, что ли?» Да не грязные, что вы, ребята, просто внешность у вас характер отражает. Турист риддерский – отдельный вид выносливейших организмов. Ребята продолжили педалить на водохранку, а мы – еще чуть-чуть, и приехали. Серега попытался на ходу подняться с дороги к лагерю. Яростно вращая педали, он взобрался на половину вертикали, тут переднее колесо оторвалось от земли и медленно, но верно, велосипед начал заваливаться назад. Серега спрыгнул с байка, чуть не зашибив Свету, хорошо, что она девушка верткая. Алекс тем временем занимался втулкой. Расстелив газету объявлений, он с помощью подручных средств – топора и отвертки – разобрал заднюю каретку, отрегулировал работу каких-то собачек (для девушек это вещь странная и непонятная), собрал все обратно, и она исправно заработала. С перемазанными маслом руками, Алекс был явно доволен собой. Я же пошла купаться к ручью, взяла с собой Леху в качестве охраны – дорога рядом, а там Зил с мужиками должен проехать скоро. Ночью фиг бы с ними, а тут солнце еще светит, да и чай у них навряд ли еще остыл, еще раз позовут. Леха торопил, тоже волновался. Стала одеваться – а муравьи одежду обступили и как-то воинственно на задних лапках стоят, усами шевелят, попки свои вперед выставили и тихонько по-муравьиному меня матами кроют. Поспешила скрыться, пока они свою мамашу не позвали! Роман во время нашего отсутствия успел хорошенько выспаться, погулять в лесу и насобирать большую миску ягод для компота. Мы впервые оказались на месте ночевки в такую рань – было еще около 6 вечера, и теперь не знали, чем заняться. Поэтому стали готовить ужин. Снова трещал костер, погода была замечательная. Расстелили кариматы как ромашку вокруг стола, и такое, товарищи, настроение было расп..дяйское, никакие проблемы мирские, никакие заботы – ничего не касалось нас. Хотелось быть с этими людьми, заботиться друг о друге и не думать о той, другой жизни, где работа-дом-работа 5 дней подряд, отравленный воздух прямо в окно и строгое соблюдение дресс-кода. Спать разошлись рано. В Рублевку рядом с головой положила еловую веточку для сладкого сна, и, не снимая свитер, закуталась в спальник. Сквозь сон слышала, что Серега делился с пехотинцами впечатлениями о своем посещении могилы Баянбай-ата возле Жангизтобе, рассказывал о целительных свойствах молитв и необъяснимых явлениях, происходящих в тех местах.
Ночь выдалась гораздо прохладнее, чем предыдущая. На палатке Светяриков, которая стояла на пригорке, инея не было, а вот наши были покрыты белыми кристаллами. Изо рта шел пар, даже когда уже выглянуло солнце. Как здорово, что мы гречку вчера не доели! Такая еда по утрам мне определенно нравится! Компот, который сварили из собранных вчера Ромой ягод, был настолько густ, что напоминал борщ. Вкус передать словами просто нельзя: сочетание кислицы, черники и малины было и терпким, и сладким одновременно. Его хотелось смаковать, растягивая удовольствие. Всем Вова налил по стакану, а Светик так бочком, бочком к котлу подобралась и сидит, свою велобутылку наполняет. Один стакан туда вылила, другой, мы на это смотрим круглыми глазами, а на третьем ей Леха говорит: «Ты что, весь компот себе вылить собралась?» Светик попыталась отмазаться, типа, она зато сейчас его пить не будет. Все, кто хотел добавки, решили ехать со Светиком, пока у нее компот в бутылке не кончится. Собирались как обычно медленно. Алекс, Монах и я выехали раньше всех, в 8-30. Метров 200 проехали – Алекс встал – золотник пропускает, колесо надо подкачать. Я решила раздеться, день обещал быть жарким. Серега вперед рванул, ну, думаю, догоню скоро его. Как-то быстро передвигался Монах, что на всем подъеме я его даже не заметила. Алекс периодически колесо подкачивать останавливался, потом у него еще хуже дела стали – в покрышке была грыжа, которая переросла в просто дырку. Алекс дождался Панду, у которого была запасная покрышка, и они вместе провели срочный ремонт по замене покрышек. Испорченная и дырявая осталась висеть на дереве на память. На Березовское седло я опять одна взбиралась. В чем преимущество возвращения по тем же дорогам – то, что на спуске не заметишь, потом во время подъема увидишь. Так и здесь – что ни поворот - новый потрясающий вид. Лента дороги петляла где-то далеко внизу, облака становились ближе, склоны с растущими на них елями напоминали ежиков, усыпанных колючими иголками. На вершине перевала огляделась – Серега уже, наверное, давно спустился, сзади тоже никого не было видно. Подтянув лямки велорюкзака и поправив шлем (после падений на Маркаколе теперь берегу содержимое головы), полетела вниз. Вот сейчас бы я поорала, спуск офигенный!!!! Тормоза издавали звук, похожий на щебетание птиц; снизив скорость, с каждым поворотом я с упоением наслаждалась окружающей природой. В воздухе витал аромат начавшейся теплой осени, с ее иногда сыроватым привкусом, когда хочется подставить лицо последним ласковым лучам солнца, закрыть глаза от удовольствия и улыбнуться чему-то хорошему. Часто останавливалась и фотографировала. Вот начались и броды через Марчиху. У одного из них на песке заметила медвежий след, еще не смытый. Похож на широкую ладошку, только пальцы поджаты как будто. У меня отношение к медведям несколько осторожное, поэтому брод я преодолела мигом, и попедалила в ускоренном темпе. Только за поворот завернула – а там прямо на дороге здоровенная куча экскрементов. Появилась недавно, еще медведем пахла. Ну какие тут мысли, только одна: хорошо, что меня тут не было в такой щепетильный момент, а то неизвестно, кто бы из нас кучу больше наделал! Спустилась к Марчихе, думаю, Серега там ждет, сейчас расскажу ему об увиденном, а от него там только мокрое место на камнях. Видать, купался, и в форме морской звезды на камнях обсыхал. Дай, думаю, народ подожду, а то в подъем медленно ехать придется, а тут медведи всякие шастают, а я не знаю до сих пор, что с ними делать! Ждать пришлось минут 20, и моей радости при виде Алекса не было предела! «Чего так долго-то?» «Опять втулка сломалась, я ждать не буду, я пошел», - сказал Алекс и побежал. Я так без велика быстро не бегаю, а он в горку да с байком груженым! Веломонстр какой-то! Вот и пехотинцы подъехали. Вчетвером – Панда, Вова, Марина и я начали покорение Проходного. У Панды, как у человека модного, технически осведомленного и следящего за своим физическим состоянием, был пульсометр. Он выглядел в нем очень сексуально, несмотря на то, что прятал его под майкой. Вова решил замерить свой пульс, надел пульсометр и упылил в горку со скоростью 170 ударов в минуту. Панда тоже оставил нас с Мариной позади – показал куст с красной смородиной, и, пока мы со смаком обгладывали веточки, нагло учесал. То идем, то едем – дорога была разнообразной. Шесть километров преодолели примерно за 1,5 часа, по лесной прохладе не особо и устали. Вдруг покрытие резко поменялось – начался самый трудный, каменистый участок, на веле не проедешь. Мои полбутылки компота были истреблены, но Марина не давала пропасть подруге и делилась водой из своей питьевой системы. Мужчины наши уже все нас давно обогнали. Зона леса тем временем кончилась, идти стало жарко, вокруг были только вершины хребтов – Рассыпной, Ивановский. На Сержинском хребте виднелся снег – именно там пряталось Сержинское озеро. Ну вот, наконец, 2 километра пройдены! Трицепсы болят, ягодичные мышцы тоже болят от толкания байка в гору по грубо пересеченной местности. Зато какой кайф сесть на седло!!! Марина поехала с такой скоростью, что я офигела – откуда столько запасов сил? Пришлось тоже поднажать на педали. На Проходном, как всегда, дул сильный холодный ветер, и уже можно было чего-нибудь покушать. Пока одевались да вкусняшками лакомились, подъехали Светярики. Теперь все в сборе! Обед предстоял на 12 км. Спускаясь впервые по Проходному в сторону Риддера, стало как-то не по себе – как будто еду не туда, местность не знакомая. Обычно все это за спиной остается, а тут только и успеваешь замечать какие-то отдельные элементы – вот снегомер стоит, ага, значит поворачивать надо. Обогнав Панду хихикая, удивилась, что уже к месту обеда добралась – костер горит, Француз за водой сходил, суп поставил. Вдруг к нам из-за горки снизу подходит улыбающийся Владимир Борисов, риддерец, наш общий знакомый, спортсмен, отец спортсмена и вообще хороший человек. С ним и сын его, Павел, а с Павлом их жизнерадостный пес. Они сюда поднялись за черникой, а в итоге шишек насобирали мешок. Рома, Марина и Монах тоже за добычей пошли. Борисовы сидят, шишки чистят, а собак гоняется вокруг. Тут Панда у Вовы спрашивает: «А ему тушенку можно?» Вова, ничего не подозревая, говорит: «Можно, конечно». Ушлый песик увидел приготовленную для супа банку тушенки на траве и давай наяривать ее за обе щеки. Панда-то думал, что это собаке банку открыли. Леха полез за камерой, народ хохочет вповалку, а пес увидел, что ему в морду чем-то тычут, и стал прям на камеру кидаться, тушенку свою защищать. Сам маленький, куда там ему 400 г говядины с жиром влезло – непонятно. Посчитали, что для Вовы, например, это эквивалентно 16 банкам! Вова был категорически против проверить достоверность расчетов на деле. Пес еще долго чуть ли не на ушах прыгал, а потом, видимо, все силы на переваривание пошли, и он улегся на бочок с предовольным видом. Все с неполными пакетами шишек уже вернулись, а Сереги нет. Решил кедр завалить, наверно, и набрать как у Деда Мороза мешок. Сварили гороховый суп с копченостями, порезали скромно 5 сортов различного мяса и стали жарить сосиски на палочках. Светик с помощью своей ослепительной улыбки может добиться чего угодно – и сейчас тоже ей Ярик и Леха сосиски пожарили. И Серега как раз подошел, мешок не набрал, зато суп прощелкал. Только-только на его мини-тарелку хватило. Время было около 4, решили не валяться, лучше пораньше домой приехать. Примерно за час спуститься хотели. Быстро все собрали со скатерти-самобранки, и – в путь! Борисовы обещали догнать на спуске. Алекс нас с Мариной обогнал и полетел по короткой дороге, а мы не стали срезать, и все камни собрали. На пересечении короткой дороги и основной Владимира с Пашей встретила, шустрые какие! Пес резво бежал рядом. На спуске у Ярика и Монаха случились проколы, но в общем все оттянулись на славу. Рекордное время спуска от 12 км до «Эдельвейса» у Алекса, который срезал везде, где только можно было – 23 минуты, у меня без срезов – 40 минут.
Загрузив известным способом «велобургер» любимые байки в прицеп и переодевшись, бодрые, в отличном настроении, мы поехали к магазину. Набрав кефира, пива и мороженого, около 18-30 выехали из Риддера. По дороге нас сопровождал красивейший закат, а Ярик рассказывал грустные истории про трудности нынешнего существования в деревнях и селах. На каждой кочке мы со Светиком пытались по привычке оторвать задницы от сиденья авто, спина еще находилась в полусогнутом состоянии. В Усть-Каменогорск прибыли около 20 часов, на «Старте» разгрузились, обнялись на прощание и в предвкушении следующего похода пехотинцы дружно покатили по домам. По итогам похода на спидометре 120 км в среднем за 15 часов педалирования.
До новых путешествий, и УРРРАААА!!!

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Яндекс.Метрика